mosad (mosad) wrote,
mosad
mosad

Category:

Проклятьем заклейменный...

В средние века процесс "книгопечатания" был донельзя прост: писец сидел за копировальным станком и усердно склонялся над листками бумаги, заполняя их своим каллиграфическим почерком. На это уходили годы... Думаете, кто-то заботился об их зрении? Освещение? - естественно, естественное, свечи нынче дороги. Главное - не допустить грамматических ошибок. То, что не гнется спина - это мелочь, недостойная упоминания, когда речь идет о вечном.
Портрет писца 15 века. ЖАН ЛЕ ТАВЕРНЬЕ
Учитывая чрезвычайные усилия, приложенные к созданию книг, книгоиздатели и владельцы книг имели реальный стимул для защиты своей собственности. Они использовали для этого единственную силу, которой обладали: силу слова. Что еще они могли себе позволить, не разбойники, поди... И посему в начале или в конце книг писцы и владельцы начертали страшные проклятия, угрожая потенциальным ворам муками и неописуемыми страданиями, если они украдут или повредят эти духовные сокровища. И то правда.
Они, не колеблясь, использовали самые худшие из известных им наказаний, как то: отлучение от церкви и ужасную, мучительную смерть в Аду. И люди верили в проклятия. Тогда. Не то, что ныне. Да, книги жгли, но не воровали, и уж и в мыслях не было, чтобы вырвать страницу, испортить вещь. Никто не хотел лишний раз рисковать или приключений на свою голову в Преисподней.
У проклятий своя историю. Они известны со времен Древней Греции и Вавилона. Как-то уже в наше время ими заинтересовался мультипликатор и дизайнер визитных карточек Дрогин. По мере изучения предмета его коллекция выросла и стала включать в себя десятки проклятий от Дня сотворения мира вплоть до эпохи Возрождения.
Можно относиться к проклятиям как к курьезу, но с другой стороны, они являются свидетельствами (и свидетелями) культурных ценностей ТОЙ эпохи человеческой цивилизации.

Проклятия типа "отлучения - анафема" могли быть простыми. Например:
Пусть меч анафемы убьет того
Кто украдет эту книгу.
Si quis furetur,
Anathematis ense necetur.

Но проклятия также могут быть намного сложнее. «Лучшая угроза - это та, которая действительно позволяет вам узнать в деталях, что такое физическое страдание. Чем креативнее писец, тем тоньше и загадочнее детали», - пишет Дрогин.
Если кто-нибудь заберет эту книгу, пусть он умрет смертью; пусть его жарят на сковороде; пусть поразит его падучая болезнь и лихорадка, пусть он будет четвертован и повешен. Аминь.

Или вот еще, с подробностями:
Для того, кто крадет или берет и не возвращает эту книгу у ее владельца, пусть она превратится в змея в его руке и разорвет его на кусочки. Пусть он будет поражен параличом. Пусть он томится от боли, громко прося о пощаде, и пусть его агония не прекратится. Пусть книжные черви грызут его внутренности, и когда он, наконец, получит свое последнее наказание, - пусть пламя Ада поглотит его навеки и навсегда.

В книге Дрогина, изданной в 1983 году, собрано множество таких проклятий, они включены в своеобразную картотеку.
Не все писцы были достаточно изобретательны, чтобы сочинить свои собственные проклятия. Если вы ищете хорошее, полноценное и эффективное книжное проклятие, которое будет вам служить во всех ситуациях и многие годы, попробуйте это:
Пусть тот, кто ворует или отчуждает эту книгу или калечит ее, будет отрезан от тела Церкви (извергнут из общества) и выброшен как негодная вещь на помойку на съедение бродячим собакам.
Tags: бестселлер, культура, литература
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments